Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

кот

Библиотечные сокровища

Сегодня я в очередной раз затусил в бывшей библиотеке ИМЛ при ЦК КПСС (теперь ЦСПИ ГПИБ).

библ

Читальный зал, как всегда, пустует.

читалка

В глубине его скрывается бумажный каталог. Пока его не сожгли ;) И слава классикам марксизма-ленинизма - в нем сохранилось немало сокровищ. Например, переводы тех же классиков на все возможные языки мира.

[Дальше]Больше всего переводили Ленина. В предметном каталоге масса ящиков с переводами его отдельных работ на языки народов СССР. Есть несколько аналогичных ящиков и в алфавитном каталоге.

ленин_отд

Лезем глубже, и видим...

дари

каракалпак

ленин_чукотка

ленин_туркмен

Сталину повезло меньше, у него только два каталожных ящика в алфавитном каталоге, и переводы надо искать в них внутри.

сталин_каталог

сталин_греция

сталин_и_нанайцы

сталин_китай

сталин_троцкизм

сталин_эскимо

У Маркса и Энгельса переводов больше. Есть два каталожных ящика (напротив сталинских) с переводами одного только "Манифеста". В том числе на весьма экзотические языки.

манифест_разныепереводы

манифест_курд

манифест_тадж_кир

манифест_тадж_лат

манифест_уйгур

манифест_чечен

манифест_япон
кот

Буйный бродяга №4

Прочел новый номер "Буйного бродяги". Из художественного больше всего понравился текст Юлии Лиморенко, особенно тем, как он был написан - хороший, литературный язык. Из переводов очень интересно было почитать про премию "Хьюго" и ксенофобствующих щенков. А вот с Муркоком я не во всем согласен. Толкин, конечно, мужик реакционный и его надо за это нещадно бить, потому что "Властелин колец" не просто консервативная утопия, это еще и ксенофобия, откровенный расизм и вообще геноцид. Но вот писатель он все равно хороший, и стихи у него хорошие. И лично я всегда предпочту "Властелин колец" "Улиссу" Джойса.
кот

Проба пера

Сергей сразу увидел этот дом, когда свернул с проспекта Мира: старое здание из красного кирпича, типичная «сталинка». Был на удивление теплый для ноября день, во дворе у высоких раскидистых тополей, уже почти сбросивших всю свою листву, играли дети. Он прошел к нужному ему подъезду, обходя припаркованные дорогие машины, и набрал на домофоне номер «84». Через пару минут ему ответил тот же бодрый и спокойный голос, который он услышал вчера в телефонной трубке.

Идея позвонить совершенно незнакомому человеку, интервью с которым он прочитал в газете, была довольно безумной и Сергей это понимал, но он не смог устоять перед искушением набрать номер, найденный в телефонной книге. Владимир Иванович Груздев, легендарный разведчик, которому недавно исполнилось ровно 100 лет, не только ответил запинавшемуся от волнения молодому человеку, «интересовавшемуся историей советской разведки», но даже пригласил его к себе домой, на улицу Бориса Галушкина.

Остановившись перед старой дверью со старомодной табличкой, на которой были написаны фамилия и инициалы владельца квартиры, Сергей подумал, что все это больше похоже на фантастику. Вчера он листал толстую книгу в библиотеке, мысленно представляя себя на месте первых чекистов, а сегодня увидит перед собой живого сотрудника ВЧК. Не кагэбешника брежневских времен, которого каждый день показывали в новостях, а настоящего чекиста, служившего при Дзержинском! Круче могла быть только машина времени.

Дверь отворилась и он увидел Груздева. На вид хозяин квартиры мало отличался от других московских пенсионеров, если не считать покрытой пятнами высохшей кожи, говорившей о его без преувеличения солидном возрасте. На Груздеве были поношенные, но аккуратно выглаженные рубашка и брюки, а его глаза, совсем не по-стариковски ясные и чистые, внимательно смотрели на Сергея. Он еще чувствовал на себе взгляд этих глаз, когда старик, одобряюще улыбнувшись, пригласил его войти. Как у всех настоящих москвичей, у Груздева не было собирающих пыль ковров, и Сергей по старому затертому паркету прошел прямо в гостиную.

Там почти все стены были заставлены книжными полками с длинными рядами книг, и только напротив приоткрытого окна стоял старый диван. Над ним было большое фото: сам Владимир Иванович и, по-видимому, его родные, дети и внуки. Рядом висела фотография молодого человека со скучающим лицом и длинными волосами. «Мой младший праправнук, чуть постарше Вас – ему семнадцать», - улыбнулся Груздев. Он предложил гостю место на диване, а сам уселся в высоком кресле рядом.

Глаза Сергея, заядлого книголюба, побежали по корешкам книг: здесь были дореволюционные издания, как он сразу определил, в основном классическая литература, Гоголь, Чехов, Пушкин; были книги тридцатых-сороковых годов, и были относительно современные издания, годов семидесятых-восьмидесятых. Кроме книг на русском языке, Сергей уверенно разобрал английский, французский и немецкий. На некоторых старых книгах были названия, написанные непонятными алфавитами, в том числе иероглифами, вероятно, японскими или китайскими. Больше в просторной и светлой комнате, выходившей окнами на проспект Мира, не было ничего примечательного, если не считать богато инкрустированной шашки, висевшей на той стене, где были окна. Сергей в холодном оружии не разбирался и предположил, что это реликвия времен гражданской войны.

- Ну что ж, - сказал Груздев, дав гостю время освоиться, - Вы сказали, что интересуетесь историей…

Он приветливо улыбнулся, и Сергей, с трудом преодолев волнение, задал свой первый вопрос.

Дальше
кот

Акмал Икрамов

Поиски в библиотеке дали небогатый улов - биографию А.К. Икрамова на узбекском языке.

IMG

Скачать

Имеет смысл продолжить розыски в бывшей библиотеке ИМЛ при ЦК КПСС, которая теперь филиал Исторички. Там даже разрешают бесплатно фотографировать литературу на телефон.
кот

В музее Николая Островского

Меня недавно обвинили, что я цинично отношусь к советской истории. Спешу оправдаться, разоружиться перед партией и сообщить, что активно веду посредством своего блога борьбу за сохранение советского культурного наследия. Например, недавно я был в замечательном музее-центре "Преодоление" имени Н.А. Островского. Он находится в самом центре Москвы, в роскошном доме на Тверской, где провел последние годы жизни автор романа "Как закалялась сталь". В отличие от музея "Пресня", где все плохо, у музея Островского дела обстоят пока благополучно, никто его закрывать не собирается, и про Островского там не забывают.

Сам музей - это отдельный подъезд, очень красивый, где бывшие квартиры оборудованы под экспозиции. В основном там представлено творчество людей, подобно Островскому, сумевших преодолеть физический недуг и многого добиться. Квартира самого Островского находится на третьем этаже, чтобы попасть к нему, нужно пройти через бывшую гостиную, где устроена экспозиция, посвященная жившим там когда-то аристократам (дом старой дореволюционной постройки). Сотрудники музея любезно провели для меня экскурсию. Аристократы меня не очень заинтересовали, зато дальше оказались две маленькие комнатки, в которых и жил Островский (тогда это была коммунальная квартира). Вся мебель сохранена в неприкосновенности, в музее также хранится архив Островского, оставшийся после него.

Потом я пошел на презентацию научной биографии Островского, которую написала директор музея, очень милая женщина. Как оказалось, действительно научной биографии Островского до сих пор не было, и мы не так много знаем о его жизни. Она постаралась восполнить этот пробел, хотя сама призналась, что не писатель и занимается этим делом впервые в жизни. Книга получилась хорошая, я взял бесплатный экземпляр и постараюсь выложить сканы, когда будет время.

На презентации также выступал молодой, красивый парень, который пел любимые песни Островского. С большим чувством он исполнил патриотическую песню про Россию, сказал, что мы живем в трудное время, и что Украина - это на самом деле Россия, под аплодисменты присутствующих ;) Потом он исполнил революционную "Вы жертвою пали...", которую пел уже не с таким чувством и в завершение сказал, что "такое было время и они в это верили". Конечно, спел он и любимого Островским "Орленка".



Это я все к тому, что если есть желание сохранить сберегающие память о советском прошлом музеи и другие учреждения, то их надо поддерживать и помогать им, как это например делает Тяжельников, бывший на презентации книги. "Левые" тоже могли бы посильно помочь, хотя бы банально туда сходить и распространить информацию, что у нас еще так много интересного есть.
кот

Бунин и большевики

Мой коммент у Коммари вызвал нехилый баттхерт у некоторых господ, а бывший френд voencomuezd даже озаботился образованием своих читателей, порекомендовав им читать меньшевика Тютюкина. А мне вспомнился один его старый пост, еще до начала гражданской войны в Украине.

Оригинал взят у voencomuezd в Литературоведческая загадка
Как думаете, о ком эти строки?

В эти же дни жестоких столкновений меня порадовала неожиданная встреча. Прямо как в сказке: «откуда ни возьмись...» заявился ко мне [Ф.И.О.], писатель, большой художник слова, получивший общее признание. Мы с ним дружили в наши молодые годы, когда оба работали в газете «Орловский вестник». Но это было так давно!
Я не смогла тогда увлечь его вопросами политической жизни, а он тем более не мог отвлечь меня от революционной борьбы И каждый пошел своей дорогой. За все двадцать лег мы только один раз встретились на торжественном собрании литераторов, отметивших присвоение *** звания академика.
На этот раз не успела я спросить, каким ветром его занесло ко мне, как тут же поняла, что он глубоко чем-то потрясен. Я знала его сдержанным, даже немного холодным, прикрывающим свою замкнутость шутками и прибаутками. А тут он сразу раскрыл передо мной все, что его привело в такое возбужденное состояние: это — война, это — гибель миллионов людей и в то же время это — патриотическое мракобесие и бессовестность части наших писателей, которые, сидя в мягких креслах, воспевают героизм русских солдат, погибающих в сырых окопах. Он приехал ко мне, чтобы сказать, что теперь он понял меня, понял все значение большевистской партии и ее гениального вождя Ленина, который раскрыл перед всеми народами до конца всю преступность этой войны.
Он заверил меня, что он ни одной строчки не написал и ни одной копейки не заработал на этой народной беде... Он непременно напишет повесть о большевиках. Так говорил *** весной 1915 года!
Я слушала его с волнением. Я не сомневалась в его искренности.
И до чего же обидно и досадно было узнать через несколько лет, что он испугался революции, бежал за границу, изменил своей Родине, которая так много ему дала.
Только через много лет, когда Советская Армия с невиданной силой героизма освобождала Европу от фашизма, *** осознал свою вину перед Родиной. Но было уже поздно. Он умер на чужбине...

А.Померанцева. В дни революционной страды // Суровое время. Новосибирск, 1957. С.9-10


Collapse )

кот

Переписка Ефремова и вопрос денег

Оригинал взят у alex_dragon в Переписка Ефремова и вопрос денег
Как говорится, «Всем, всем, всем!»

Не помню, писал ли я широко о том, что к изданию готовится переписка Ивана Антоновича Ефремова. Для читателя и исследователя это почти что терра инкогнита, потому что его эпистолярным наследием до сих пор практически толком никто не занимался, публиковаться оно не публиковалась, кроме вышедшей лет двадцать назад «Переписки с учёными», содержавшей только избранные письма, составляющие только часть известной. К тому же по ходу работы всплывали новые, неизвестные материалы.

Команда энтузиастов «Ноогена» распределила между собой фотокопии предоставленных Таисией Иосифовной Ефремовой писем, открыток, телеграмм, и в течении нескольких лет набирались, обрабатывались, сводились воедино тексты, редактировались, корректировались и так далее. Работа проведена колоссальная, доступных нам писем оказалось более тысячи с четвертью, от около двух сотен корреспондентов. Труд это весьма непростой, поскольку кроме технических проблем сказывалось ещё и качество самих источников — далеко не все письма были набраны на пишмашинке, а почерк у Ивана Антоновича был весьма тяжёлый для чтения, сам он в шутку называл его «курописью». Надо сказать, даже из участников работ далеко не все могут прочитать его и у нас появились свои уникальные специалисты в этом специфическом деле. И то, зачастую результат такой расшифровки вызывал достаточно объёмные обсуждения с перебором возможных вариантов. Тем не менее, сложности такого рода были преоделены. На данный момент все письма обработаны, свёрстаны, технически осталось только отдать в печать.

Но остались сложности совсем другого свойства. Мы, понятно, этим занимались не ради стяжания каких-то материальных благ, более того, вкладывались сами, кто чем мог — временем, трудом, нервами, и деньгами в том числе. Нам помогали хорошие люди, однако и их возможности не безграничны. За время с начала работы окружающая обстановка сильно осложнилась — про цены и курс доллара я вам рассказывать не буду, сами всё знаете, и теперь наших собственных возможностей завершить труд не хватает. Поэтому мы вынуждены, будем называть вещи своими именами, идти с шапкой по миру. Так что обращаюсь ко всем кто ценит творчество Ивана Антоновича, кто чувствут биение его мысли и видит надежду в продолжении и развитии его идей, кому его путь является поучительным и достойным примером для «делать жизнь с кого» — помогите кто чем может. К счастью или несчастью, но другого, кроме способа барона Мюнгхаузена по вытягиванию самих себя за волосы, у нас нет.

Оригинал взят у erema_o в Переписка Ефремова и вопрос денег
Друзья!
Почти все вы знаете, что мы готовим к изданию переписку Ефремова. Два тома: 1536 страниц – основной, это сама переписка, и 176 страниц – указатели. Продаваться будут в одной упаковке. Издательство – «Вече». Деньги от издательства – 30 процентов, от нас – всё остальное. На данный момент собрана значительная часть, не хватает 105 тысяч.
Если у вас есть желание иметь эту книгу, то лучше внести предоплату 2 тысячи. Тогда вы гарантированно получите её. Тираж всего 500 экз.
Номер Карты Сбербанка: 4276 3800 5510 0437
(Кто будет это делать, обязательно пишите мне.)
Если есть возможность пожертвовать некую сумму, это будет чрезвычайно кстати.
Ваша
Ольга Ерёмина


кот

Притчи Назыма Хикмета

Советы мудрого человека

Один мудрый человек между двумя затяжками сигареты сказал мне:

- Самый надежный друг и самый коварный враг человека – его нервы. Не хочешь угодить в ловушку, не желаешь терпеть поражений – не давай воли своим нервам.

Говорят, одряхлевший волк становится посмешищем для собак. Не верь! Смешны собаки, что бросаются на одряхлевшего волка.

Ничто в этом мире не остается неизменным. Но история не есть простое повторение былого, а предательство – отнюдь не движение вперед.

Чем дольше гладят человека по шерстке, тем вероятней, что он цапнет за руку.

Тот, кто не удержался на высоте, невольно желает других видеть в своем положении. Знать о чьем-то падении – это их единственное маленькое утешение. Но до чего ж оно иллюзорно!

На вершину горы можно забраться либо напрямик, либо кружным путем. Какую выбрать дорогу – зависит от обстоятельств.

За дело, в успех которого не веришь, лучше и не берись – все равно ничего у тебя не выйдет.

Сердце без любви все равно что бумажный цветок. Он, разумеется, выглядит ярким и свежим, и лепестки у него не вянут, но ведь он не растет и лишен аромата.

Идеалист

Он снимает небольшой дом, а к дому примыкает садик.

Как-то в начале весны, в воскресенье, я собрался к нему в гости. У этого человека замечательная коллекция старинных рукописных книг, и всякий раз, бывая у него в доме, я с наслаждением вдыхаю тот особый аромат, которым веет от пожелтевших страниц, лаская руками их тисненые переплеты.

Я распахнул деревянную калитку, окрашенную зеленой краской, и вступил в садик. Тотчас я увидел его – он стоял с лопатой в руках.

- Добрый день, бог в помощь! – приветствовал я его.

- Спасибо. Входи, входи.

- Чем это ты занят?

- Да, вот, хочу посадить дерево.

Яма была уже готова. Он взял в руки тонкий саженец, чем-то напоминающий новорожденного младенца, аккуратно опустил его корнями в яму, начал присыпать землей.

- Вот и все, - наконец распрямился он. – Дело сделано.

- Какое дерево ты посадил?

- Сосну.

- Когда же она подрастет и станет вровень хотя бы с молодым парнем?

- Лет эдак через пятнадцать. Но это что! Ты приходи сюда лет через пятьдесят, вот тогда увидишь.

Я промолчал. Только что человек посадил дерево – в чужом саду при доме, который, может быть, в ближайшее время покинет, и навсегда. Посадил крохотный саженец, которому суждено стать взрослым деревом только через пять десятков лет. Передо мной словно бы приподнялся уголок завесы, прикрывающей святую святых идеализма.

Весна наступает

Весна наступает!

Медленно, исподволь, будто сквозь оттаявшие стекла, начали проявляться весенние краски земли. И весенние запахи начинают дразнить обоняние; они пока что слабы и неопределенны, как звуки, приглушенные расстоянием.

Весна наступает.

Весенним светом окрасились морские воды, будто там, в глубине, развели гигантский очаг. Ожили деревья, отблески слабых улыбок скользнули по их еще обнаженным ветвям. От земли поднимаются клубы теплого пара, небо и ночи светлы и мягки.

Весна наступает.

Совсем не хочется ни читать, ни писать, ни думать. Семена, заложенные в меня дальними предками, жившими еще, быть может, в каменном веке, семена безотчетной любви к земле, воде, огню, запахам, дают свои всходы в моей душе.

Весна наступает. Она придет и вскоре покинет нас. С каждой новой весной мы будем понемногу удаляться от каменного века. Плохо ли это? Нет!

Хикмет Н. Избранное в двух томах. М., 1987.